Поэзия как чудо: представляем молодых финалистов первого сезона премии «Слово»

В 2024 году состоялся первый сезон Национальной литературной премии «Слово». Его организатором выступил Союз писателей России. По итогам премии был издан сборник «Пять поэтов», куда вошли стихотворения лауреатов и финалистов в номинации «Поэзия. Молодой автор». Рассказываем о них на нашем сайте.

Максим Бессонов – один из самых талантливых поэтов в своём поколении. Стихи, вошедшие в сборник, написаны уже после начала спецоперации в прифронтовом Белгороде. Они разительно отличаются от трескучих творений на злобу дня, заполонивших литературное пространство. У Александра Межирова есть такие строки: «Мы писали о жизни... о жизни, / Не делимой на мир и войну». Нет этого деления и в стихах Бессонова. Его стихи – это философские размышления о жизни и смерти. Война в них проходит фоном, но не замещает саму жизнь. Вот детвора пинает мяч, вот дворник глядит на летящий сверху пух, вот пёс Буран смотрит из будки на забор – жизнь продолжается, несмотря ни на что. Периодически в стихи врывается музыка сирены или звуки артиллерии, которые на контрасте сменяются минутами исцеляющей тишины.

Интонация Бессонова подкупает и успокаивает, но это спокойствие, ведущее не к бездействию, а наоборот – к действию: делай, что должен, не истери, цени жизнь и тех, кто сейчас рядом с тобой. Не так-то просто сказать об этом в стихах, но у Бессонова получилось.

Анна Гассиева – достаточно новое имя в литературных кругах. Она пишет на двух языках – русском и осетинском. В её творчестве присутствует национальный колорит, который, впрочем, не сводится к этнографическому элементу. Автор умело переосмысляет не только национальные, но и античные мотивы. Это тоже совершенно естественно, мы можем найти подобное переосмысление и в осетинском эпосе «Нарты», сказители которого использовали античные мифы.

В то же время чувствуется, что у Анны Гассиевой есть собственная незаёмная оптика, умение видеть великое в малом, как, например, в стихотворении, обращённом к годовалой племяннице:

Ты, владея изнанкою слова,

Можешь выхватить имя как мяч.

Лепечи и лепи меня снова,

На лице мне черты обозначь.

Маленький человечек создаёт мир, создаёт самого автора – это ли не чудо. А умение это увидеть — и есть поэзия.

Легкие и на первый взгляд простые стихи Елизаветы Евстигнеевой пропитаны христианским мироощущением. Это даже не стихи, а молитвы. Автор не сбивается в назидательность, что очень часто характерно для этого жанра, а всего лишь открывает читателю мир, увиденный своими глазами. В этом мире мальчик может прочитать букашку вместо буквы, а хрупкую бабушку можно разбить дыханием, как фарфоровую чашку. Природа здесь бесконечно добра, в ней слизни мироточат, а мухи – любодействуют.

Иногда поэтический мир Евстигнеевой осовременивается, и в нём мелькают пассажир, затерянный в балашихинских текстурах, или черный пояс автотрасс, а закат становится похож на харакири. Автор не замыкается в рамках однажды обретенных границ, а пытается их преодолеть.

Недоказуема сирень.

Недоказуем майский ветер.

Недоказуем летний день.

Недоказуем рыжий сеттер.

Не требует доказательств и поэзия.

Артем Рагимов – поэт нарратива. Многие его стихи сюжетны. Слог его часто брутален и экспрессивен, и, кажется, не требует разночтений. Впрочем, самое его известное стихотворение «Русская пехота» вызвало в свое время ожесточённые споры. Одним оно показалось перегибом и чуть ли не клеветой на русского солдата, другие, наоборот, увидели в нём почтительное отношение к простому штурмовику, вчерашнему сидельцу, сегодня вставшему в строй непобедимых русских воинов. Это говорит о том, что автор попал в цель. Такие же споры, пожалуй, вызовет и стихотворение «Мой дед на Третьей мировой».

С одной стороны Рагимов пытается быть современным, с другой – над этой современностью подтрунивает:

Пока имперские войска

гоняют галлов на границе,

неуловимая тоска

витает в воздухе столицы.

У него на историю свой взгляд, безусловно, патриотичный, но в то же время не шапкозакидательский. Стихи поэта порой подчеркнуто книжны, но не сухи. Книжность в данном случае – показатель личной культуры, от которой автор не отказывается, даже когда пытается снизить общий пафос произведения, для чего активно использует игровое начало. Рагимов не чужд эксперимента, он работает в широком диапазоне, поэтому претендует на признание в самых разных читательских кругах.

Стихи Софьи Юдиной, кажется, произрастают из самой природы, в них много неба, снега, а в окно, пахнущее морем, может влететь не только мошкара, но и метеорит. Эти стихи романтичны и в то же время пропитаны гражданственностью, обычно нехарактерной для представителей поколения 20-летних. Сергей Есенин написал в начале Первой мировой войны статью «Ярославны плачут». Современные Ярославны не только плачут, но и утешают наших воинов. Так и происходит в стихотворном послании другу в госпиталь:

Знаю, что не может быть иначе,

Ты поверь мне, на слово, поверь –

Номер я ввела на имя Зрячий,

Пусть оно сбывается теперь.

Поэт верит в силу слова, поверим и мы поэту.

Отдельно стоит сказать об особой музыкальности и напевности стихов Юдиной, об их песенном начале. А ещё в этих стихах любовь побеждает войну и смерть, наверное, так и должно быть в нашем грозном и неспокойном мире.

Творчество представленных авторов – это весьма качественный срез современной молодой поэзии, достойный самого внимательного прочтения.